Для того чтобы обновить падшее человеческое естество, чтобы избавить его от порабощения диаволом, от власти зла и смерти, Самому Богу – в лице предвечно рожденного Слова Божия, равного Отцу и могуществом, и величием, – надлежало умалиться, истощить Себя, приняв образ раба. Воплотиться, восприняв нашу плоть. Родиться среди людей, став одним из нас, во всем подобным нам, людям, кроме греха. И принять на Себя все, кроме греха, последствия человеческого грехопадения – вплоть до самых мучительных душевных и телесных страданий, вплоть до ужаса богооставленности и даже вплоть до самого тяжкого следствия грехопадения – телесной смерти.
20 апреля Святейший Отец Франциск совершил торжественную пасхальную Мессу на площади Святого Петра в присутствии тысяч паломников, до краёв заполнивших ватиканскую площадь. После богослужения, из Центральной лоджии базилики Святого Петра Папа Франциск обратился с традиционным пасхальным посланием «Urbi et Orbi» («Граду и миру») и преподал апостольское благословение.
Часть того, что делает Страстную неделю святой, — торжественное чтение двух повествований о Евангельских страстях, одного из первых трех Евангелий на Вербное Воскресенье, и одного от Иоанна на Великой Пятнице. Эти шедевры дали больше вдохновения художникам, музыкантам, поэтам и мистикам, чем любые другие отрывки Нового Завета. Как ни странно, однако, такая драматическая энергия заставляет чувствительных христиан беспокоиться об анти-еврейских элементах в повествованиях о Страстях. Не усугубляет ли это чтение трагическую историю их неправильного употребления против еврейского народа?
Написать о необходимости литургического обновления или, скорее, обновления византийской литургической традиции меня подвигает многое. Прежде всего, множество разнообразных исследований, в том числе и моих, именно по обновлению литургической реформы.
Рассмотрев в предшествующей серии очерков контекст Страстной седмицы и ее начало, мы приблизились, наконец, к Великому четвергу, которым открывается непосредственное воспоминание Пасхальной тайны Христа. Наступает тот короткий период, когда богослужение литургическими средствами воссоздает соответствующие этим дням главные спасительные события евангельской истории:
Первым днем Страстной седмицы, открывающим этот особенный промежуток литургического года, является праздник Входа Господня в Иерусалим. Помимо указанного наименования, он имеет в различных поместных Церквах и другие названия. В византийской традиции его принято называть Неделей ваий («ваии» – заимствованное старославянским языком из греческого слово, означающее ветви финиковых пальм), ввиду древнего обычая держать в этот день в руках во время богослужения пальмовые ветви, уподобляясь тем, кто встречал Иисуса Его мессианского входа в Иерусалим: «…Множество народа, пришедшего на праздник, услышав, что Иисус идет в Иерусалим, взяли пальмовые ветви, вышли навстречу Ему и восклицали: осанна! благословен грядущий во имя Господне, Царь Израилев!» (Ин 12. 12-13; ср. Мф 21. 8; Мк 11. 8).
В первые века, когда постоянным был приток в Церковь новообращенных, их Крещение совершалось, вероятно, только в один определенный момент года: на Пасху. Ведь уже первое поколение христиан связывало таинство Крещения с Пасхой Христовой, чему красноречивое свидетельство мы находим у св. апостола Павла, который говорит, что крестившиеся во Христа, будучи «соединены с Ним подобием смерти Его, должны быть соединены и подобием воскресения» (Рим 6. 3-11). Именно по этой причине ежегодное празднование Пасхи с самых ранних времен стало предпочтительным временем для Крещения новообращенных.
Во всех литургических традициях христианского мира основные церковные службы Страстной седмицы – особенно трех последних ее дней – совершенно уникальны. Каждая из них не похожа ни на одно другое богослужение литургического года, а вся их череда позволяет куда глубже духовно пережить праздник Пасхи, нежели участие в одном лишь богослужении Пасхальной Ночи.
Сегодняшнее размышление мы посвятим тому, что можно назвать «современной библейской неграмотностью», то есть почти полной потере методов и интуиции, на протяжении веков формировавших христианский образ отношения к священным страницам.
Предлагаемый ниже доклад был произнесен на пастырской конференции католиков византийского обряда в Новосибирске 3-5 декабря 2013 года с тем, чтобы ознакомить ее участников с новым папским документом, пока еще не переведенным на русский язык.
Репортаж ТВ Кана
С 3 по 5 декабря с.г. в Епархиальном центре им. епископа-исповедника Александра Хиры в Новосибирске проходила ежегодная встреча священников и монашествующих византийского обряда на территории Российской Федерации. На встрече также присутствовал Апостольский делегат для греко-католиков Казахстана и Средней Азии о. Василий Говера. Каждый из дней встречи открывался Божественной Литургией в часовне Блаженных Преподобномучениц Олимпии и Лаврентии в крипте Кафедрального Преображенского собора. Две из них были отслужены на русском (церковнославянском), а одна – на украинском языке.
В этом году греко-католическая Церковь в Казахстане, чья драматическая история насчитывает уже не одно десятилетие, переживала важные событие: 15 сентября в столице государства Астане был освящен храм Св. Иосифа Обручника, строившийся на протяжении десяти последних лет. О вчерашнем и нынешнем дне греко-католичества в Казахстане рассказывает Апостольский визитатор для греко-католиков Казахстана и Средней Азии отец Василий Говера.
Мы всегда говорим, что Лука пишет как врач. Историю этой женщины с кровотечением он описывает как врач того времени, врач, не получивший привычного нам образования. Он знаком с техникой таких исцелений, которые проводятся без каких-либо медицинских средств, он знает, что при этом действительно целитель теряет энергию, которая расходуется на исцеление. И вот он этот же механизм приписывает исцелению, которое провел Иисус, и действительно так и есть.